Я слышу запах холода.
Руки не слышат калитки совсем, но пахнет ярким холодом.

"Снова". Грустнее, чем "был". Снова. Грустнее всех слов.
Снова.

Всякий живой лучше всякого мертвого но нет таких среди живых или
мертвых чтобы уж очень были лучше других мертвых и живых.

Отец говорит: человек - это совокупность его бед. Приходит день -- и думаешь, что беды уже устали
стрясаться, но тут-то, говорит отец, бедой твоей становится само время.

Нет слов грустней чем был была было Кроме них
ничего в мире И отчаяние временно и само время лишь в прошедшем.

Глаза его словно дыханье затаили, а мать сидела,
обратясь к нему своим обрюзглым и брюзгливым лицом, и взгляд ее был
нескончаем, вместе и ясновидящ и туп.

п.с.1. заглавие романа взято Фолкнером из монолога Макбета -- монолога о бессмысленности бытия.
У Шекспира это звучит так: "Жизнь-это история, рассказанная
идиотом, наполненная шумом и яростью и не значащая ничего" ("Макбет", акт V,
сцена 5).

п.с. 2. Сам Фолкнер не раз объяснял особенности своей прозы:
"... у каждого человека есть предчувствие своей смерти: зная, что на
работу отведено мало времени, пытаешься поместить всю историю человеческой
души на булавочной головке. Ну и потом, для меня, во всяком случае, человек
не существует сам по себе, он -- порождение собственного прошлого. Прошлое
фактически не существует как некое "было", оно перешло в "есть". Прошлое --
в каждом мужчине, в каждой женщине, в каждом моменте. Все предки человека,
все его окружение присутствуют в нем в каждый отдельный момент. И потому
человек, характер в повествовании в любой момент действия являет собой все
то, что сделало его именно таким, и длинное предложение -- попытка включить
все прошлое, а по возможности и будущее, в тот единичный момент, когда герой
совершает какой-то поступок..."